«Русские дьяволы»: как Петр Румянцев разгромил 150 тысяч турок

Турки и крымские татары, имевшие значительное численное превосходство, но тем не менее, наголову разбитые при Кагуле русскими войсками, считали солдат противника дьяволами в человеческом обличье — ничем иным они не могли объяснить свое сокрушительное поражение.

Лучшая защита — нападение

В «Военной энциклопедии» Ивана Сытина описывается, что знаменательная битва у бессарабской реки Кагул, произошедшая в июле 1770 года, стала очередной победой нашей армии в русско-турецкой войне, после сражений у Рябой Могилы и Ларги.

Верховный визирь Османской империи Халиль-паша решил взять реванш и разбить войска графа Петра Румянцева, стоявшие у устья Кагула. Переправившись через Дунай на 300 судах, 150-тысячная армия турок и татар (50 тысяч пехоты и 100 тысяч конников) собиралась ударить во фронт русским, а также отрезать и захватить транспорт с продовольствием (эта задача возлагалась на 80-тысячные крымскотатарские соединения).

Продовольствия в русской армии оставалось на три дня, а транспорт с ним находился в 60 верстах от расположения наших частей. По численности противник имел практически десятикратное преимущество. Однако Петр Румянцев как опытный полководец понимал: победить турок возможно только благодаря смелым, решительным наступательным маневрам.

Взятие Траянова вала

Русскому историку, Андрею Петрову, одному из первых посчастливилось работать с документами графа Петра Румянцева, находившимися в архиве генштаба. В своей книге о русско-турецкой войне он описал стратегические и тактические действия армии под командованием этого выдающегося полководца. Румянцев рассредоточил войска — несколько батальонов пехоты, полков тяжелой конницы и гусар он оставил для обеспечения сообщений. Выдвигаясь для наступательных действий в район деревни Гречени, командующий имел в своем распоряжении всего 17 тыс. пехотинцев и 6000 конницы.

После произведенной рекогносцировки турки частично переместились к деревне Вулканешти, что в 7 верстах ниже Гречени, на левом берегу Кагула. Там неприятель стал лагерем и принялся возводить окопы. Румянцев, воспользовавшись тем, что неприятельская армия разрознена, решил упредить турок и татар, не дать им возможности зайти к себе в тыл. На открытой местности, будущем поле битвы, находился никем не занятый Траянов вал, который построили еще римляне при императоре Траяне — удобное сооружение для обороны.

Согласно приказу Петра Румянцева, корпус шведа Фридриха Баура совместно с дивизией генерала Петра Племянникова должен был атаковать турок с левого фланга. Дивизиям генералов Петра Олица и Якова Брюса предписывалось штурмовать фронт и правый фланг неприятеля. А корпусу князя Николая Репнина — заходить в тыл противнику. Русская кавалерия должна была двигаться в интервалах между пехотными каре. На рассвете войска графа Румянцева перешли Траянов вал и выстроились в боевой порядок. Турки выслали конницу, которой в боях даже удалось занять Траянов вал и выйти в тыл к русским. Но подоспевший резерв генерала Орлица выбил спешившихся кавалеристов неприятеля.

Решающий маневр Румянцева

Военный историк XIX века, Дмитрий Масловский, описывая ход сражения при Кагуле, отмечает, что победа в битве, в которой татары даже не успели поучаствовать, была обеспечена благодаря слаженным действиям русских подразделений на своих направлениях. Петр Румянцев в критическую минуту сумел мобилизовать все силы для решающего броска.

Вражеских укреплений русская армия достигла к 8 утра и была встречена сильным ружейным и артиллерийским огнем. Продвижение шло медленно. Визирь, видя, что ни конница, ни артиллерия не останавливают русских, бросил в наступление тогдашний «спецназ» — янычар в количестве до 10 тыс. человек. Атакующие янычары смяли каре Племянникова и внесли большой разброд в каре Олица.

Наступил критический момент сражения, и Петр Румянцев, поскакав навстречу бежавшим пехотинцам Племянникова, остановил их, устремив в контратаку. Воодушевленные личным примером командующего, солдаты выстроились в новое каре и пошли в бой. Тем временем гренадерский полк дивизии Олица с фронта в штыковую сошелся с янычарами, русская конница атаковала с фланга, а егерский батальон Баура зашел в тыл к туркам. Янычары бежали. Историки сходятся во мнении, что если бы турецких янычар тогда поддержала пехота, сражение скорее всего, окончилась бы поражением для русского войска.

Русские взошли на турецкие укрепления и, преодолевая сильный огонь неприятеля, начали занимать вражеские позиции. Первым был корпус Баура, за ним подошли дивизия Брюса и Олица, а также вновь приведенная в боевой порядок дивизия Племянникова. Корпус князя Репнина тем временем заходил в тыл турецкого лагеря.

Турки, боясь окружения, бежали. Татары, так и не зашедшие в русские тылы, отступили к Аккерману. Пехота гнала турок 4 версты, а дальше их преследовала русская конница.

В качестве трофеев нашим войскам досталось 140 орудий, весь обоз, большое количество скота. По самым приблизительным подсчетам, в сражении при Кагуле турки потеряли 20 тыс. человек, а русские — 900. Историки отмечают, что причиной поражения турок стала разрозненность, бессвязность их действий, тогда как Петр Румянцев грамотно распределял войска и оперативно ставил перед ними единственно верные в данный момент задачи.

Источник ➝

Ганс Рудель: что стало с самым знаменитым лётчиком Третьего рейха

Ганс-Ульрих Рудель был самым прославленным фашистским летчиком, настоящей гордостью нацистской Германии. Летал на бомбардировщике Ю-87. Немцы называли такие боевые машины «Юнкерсами». Рудель был самым результативным бойцом Люфтваффе, за что был удостоен наивысшей награды Третьего Рейха – Рыцарского креста (полный бант с бриллиантами, мечами и дубовыми листьями).

Помимо этого знака отличия Ганс-Ульрих был награжден Золотой медалью за доблесть, которая являлась на момент Второй мировой наивысшей наградой Венгрии.

В послужном списке этого летчика так много наград, что превзойти его смог только рейхсмаршал Герман Геринг. Руделя называли «Орлом Востока».

Биография

Родился летчик в 1916-ом в силезском городке Конрадшвальдау (сейчас это территория Польши). Еще в школьные годы серьезно увлекался спортом, что не шло на пользу его учебе. По окончании средней школы сразу же пошел учиться на пилота Люфтваффе. Затем был призван в армию. За время службы совершил 2,5 тысячи боевых вылетов и уничтожил более 2-х тысяч единиц техники. В этом списке числятся бронепоезда, танки, артиллерийские орудия, самолеты, 2 крейсера, линкор, а также 2 моста.

Основную часть вылетов Рудель совершил на Юнкерсе. После определенного количества вылетов летчик настоял, чтобы в самолете были установлены 2 пушки 37-го калибра. Это сделало его боевую машину крайне эффективной для уничтожения такой тяжелой техники, как, например, танки или бронированные штурмовики. После этого Юнкерсы стали называть Kanonenvogel, что в переводе с немецкого означает «птичка с пушкой». В последний год войны Рудель летал на одномоторном истребителе Фокке-Вульф FW-190.

Особые достижения Руделя

Фашистский летчик уничтожил 9 советских самолетов. Есть версия, что на одном из сбитых им истребителей летал прославленный герой войны Лев Шестаков, погибший в воздушном бою. Сам Рудель тоже бывал неоднократно сбит (в общей сложности 32 раза), но ему всякий раз удавалось выбраться живым из горящего самолета и снова вернуться в строй.

Во время одного из вылетов Ганс-Ульрих был сбит зенитным орудием, и ему при этом оторвало ногу. Во избежание гангрены еще часть ноги ему пришлось ампутировать. Даже лишившись конечности, Рудель продолжал летать и показывать высокие результаты.

Важнейшим его достижением стало уничтожение советского линкора «Марат». Одна из бомб его Юнкерса попала как раз в носовую башню корабля, в результате чего произошел мощный взрыв. «Марат» был затоплен. Взрыв и погружение в воду линкора заснял хвостовой стрелок Руделя, когда самолет выходил из пикирования. Это произошло в сентябре 1941-го.

После войны

После поражения Третьего Рейха многие фашисты скрывались за границей, зачастую - в странах третьего мира. В 1948-ом Ганс-Ульрих Рудель тоже предпочел эмигрировать. Он уехал в Аргентину, а чуть позднее – в Швейцарию. Последние годы жизни провел в баварском городе Розенгейме, где и умер.

Рудель был ярым национал-социалистом. Даже после поражения Германии остался верен своим политическим взглядам и никогда не подвергал сомнению авторитет Гитлера. Несмотря на свое боевое фашистское прошлое, бывший «Орел Востока» достаточно активно участвовал в политической жизни Германии в мирное время. Однажды даже баллотировался в Бундестаг как кандидат от ультраконсервативной партии, но неудачно.

В начале 50-х Рудель издавал политические памфлеты, в которых яростно выступал против разоружения Германии и высказывал горячее желание дальше сражаться с большевизмом. Его взгляды ни на йоту не изменились даже после разоблачения всех преступлений нацистской Германии и процессов против фашистов в Нюрнберге. В гитлеровскую идею «завоевания жизненного пространства для великой немецкой нации» он верил до последнего своего дня.

Битва со шведами: как князь Александр Ярославич стал Невским

х/ф Александр Невский

15 июля 1240 года состоялась одна из самых известных и таинственных битв в российской истории. Там, где теперь стоит Петербург, где река Ижора впадает в Неву, отряд под командованием молодого князя Александра Ярославича напал на шведский лагерь и обратил врага в бегство. Спустя несколько веков и битва, и сам князь стали именоваться Невскими.

Крестовый поход на Русь

Ещё 24 ноября 1232 года папа Римский Григорий IX издал буллу, в которой призывал рыцарей Ливонии «защитить новое насаждение христианской веры против неверных русских».

Через несколько месяцев, в феврале 1233, он прямо назвал русских врагами. В XIII веке Рим пытался привести в лоно католической церкви те племена Прибалтики и Финляндии, что ещё пребывали в язычестве. Христианизация шла как с помощью проповеди, так и меча.

Вместе с приходом веры в жизни финнов появлялись определенные ограничения, их права ущемлялись, ведь не только души, но и их земли нужны были Церкви. Племена, уже крещённые, бунтовали, а некрещенные активно боролись. И в этом их поддерживали русские – потому Папа и призывал защищать от православных «насаждение христианской веры».

Собственно на Русь крестовый поход никто не объявлял: главной целью рыцарей были то ли тавасты, то ли племя емь. Но земли суми, еми, других племён были в сфере интересов Новгорода, и вообще все стороны регулярно грабили друг друга, отчего столкновение католиков с новгородцами было неизбежно. Правда, в середине 1230-х послания Папы остались без внимания: ливонцам было не до Руси.

Шведы в Новгородской земле

Вторично с призывом о крестовом походе против финских племён Папа обратился к шведам 9 декабря 1237 года. Шведы откликнулись и 7 июня 1238 года договорились с датчанами и рыцарями Тевтонского ордена о нападении на Русь. Они планировали выступить одновременно двумя армиями: шведы (с норвежцами, сумью и емью) на севере – на Ладогу, тевтонцы и датчане – на Псков. Однако в 1239-м по каким-то причинам марш-бросок не состоялся, и лишь летом 1240 года шведы появились на Неве. Расположившись лагерем в устье реки Ижоры они, очевидно, ждали новостей от союзников, не желая начинать боевые действия, чтобы не навлечь на себя основной удар русского войска. И в ожидании они мирно торговали с местными племенами или миссионерствовали. Так начинался крестовый поход шведов на Русь, закончившийся Невской битвой.

Небесное воинство

Вторжение шведов позже стало толковаться в свете борьбы православия и католицизма. И воины князя Александра из защитников Родины превратились в защитников всей православной веры. Потому в Житии Александра Невского появилась легенда о крещёном язычнике Пелугии, который первым увидел приближение шведов и благодаря которому новгородский князь смог оперативно прибыть к их лагерю.

Но кроме шведов Пелугий, муж благочестивый, увидел ещё одно воинство – небесное, возглавляемое князьями Борисом и Глебом. «Брат Глеб, вели грести, да поможем сроднику своему князю Александру», - с такими словами, если верить Пелугию, обратился к брату князь Борис.

«Не в силе Бог»

Молодой князь Александр, которому к 15 июля 1240 было всего двадцать лет, будто бы сразу почувствовал значимость будущей битвы и обратился к войску не как защитник Новгорода, но именно как защитник православия: «Не в силе Бог, но в правде. Вспомним Песнотворца, который сказал: "Одни с оружием, а другие на конях, мы же имя Господа Бога нашего призовем; они, поверженные, пали, мы же устояли и стоим прямо». На святое дело – постоять за веру – и отправился отряд новгородцев, суздальцев и ладожан. Причём, видимо, зная о готовящемся нападении с запада на Изборск и Псков, Александр спешил расправиться со шведами малыми силами и даже не стал посылать во Владимир за подкреплением.

Внезапная атака

Очевидно, гонец, доставивший в Новгород весть о шведах, несколько преувеличил их численность. Предполагая столкнуться с противником, превосходящим его по силам, Александр поставил на внезапную атаку. Для этого, пройдя за несколько дней более 150 верст, русские отдохнули на некотором расстоянии от шведского лагеря, а ночью с 14 на 15 июля, ведомые проводниками из местных, вышли к устью Ижоры. И в 6 часов утра напали на спавших шведов. Фактор внезапности сработал, но не полностью: в лагере поднялась неразбериха, шведы бросились к кораблям. Однако опытные воины под командованием смелого воеводы смогли остановить их бегство и началась тяжёлая битва, длившаяся несколько часов.

Герои битвы

Русские, ведомые святыми Борисом и Глебом, сражались храбро. В Житии Александра Невского говорится о шести героях битвы. Некоторые историки скептически высказываются об их «подвигах». Но, возможно, таким образом, через описание подвигов, были изложены события самой битвы. Поначалу, когда русские теснили шведов к лодкам, Гаврило Олексич пытался убить шведского королевича и, преследуя его, на коне ворвался по сходням на палубу. Был оттуда скинут в реку, но чудесным образом спасся и продолжал биться. Значит, шведы выдержали первую атаку русских.

Затем завязалось несколько локальных сражений: новгородец Сбыслав Якунович бесстрашно бился топором, княжеский ловчий Яков нападал на полк с мечом, новгородец Меша (очевидно, вместе со своим отрядом) потопил три корабля. Перелом в битве произошёл, когда дружинник Сава ворвался в златоверхий шатёр и повалил его. Моральное превосходство оказалось на стороне наших войск, шведы, отчаянно защищаясь, стали отходить. Об этом свидетельствует шестой подвиг – слуги Александра по имени Ратмир, погибшего «от многих ран».

Исход

Победа осталась за православным войском. Похоронив убитых, которых, по свидетельству новгородской летописи, набралось «корабля два», шведы отплыли восвояси. Новгородцев же в битве пало всего «20 мужь с ладожаны». Среди них летописец особо выделяет: Костянтина Луготиньца, Гюряту Пинещинича, Намѣстю и Дрочила Нездылова, сына кожевника.

Так, Александр Ярославич обезопасил от нападения север Новгородской земли и теперь мог сосредоточиться на обороне Изборска. Однако, вернувшись в Новгород, он оказался в центре очередных политических интриг и был вынужден покинуть город. Через год его упросили вернуться. И в 1242 году он возглавил русское войско в ещё одной знаменитой битве, вошедшей в историю как Ледовое побоище.

Картина дня

))}
Loading...
наверх